Первые гонки с участием техники Ф1 в 1950 году.

10.04.2020 05:44

Получилось сделать ещё один репортаж о событиях 1950 года, предшествующих эпохальному Гран-При Европы отчётного года (он же Гран-При Великобритании) – первому зачётному этапу первого чемпионата мира для водителей автогоночной техники в классе Ф1. Как говорится, спасибо режиму самоизоляции.

10 апреля 1950 года (ровно 70 лет назад) сразу в двух местах Европы прошли первые в том году официальные автогоночные турниры с участием техники класса Ф1. На старт этих двух заездов вышли в общей сложности десять гонщиков, которые чуть больше чем через месяц станут участниками упомянутого выше эпохального Гран-При Европы, и ещё семь гонщиков, которые будут регулярно выходить на старты зачётных Гран-При Ф1, начиная со второго этапа в Монако.

 

1. Гран-При По (Pau Grand prix).

10 апреля 1950 года на трассе во французском городе По стартовал первый в том сезоне полноценный классический Гран-При для автомобилей класса Ф1. В современной терминологии этот Гран-При классифицируется как незачётный. А в то время это был традиционный, известный, и достаточно престижный «Большой приз», самостоятельно занимающий свою нишу в мире автоспорта.

Ф1 По и Ричмонд 1950-01

Постер 1950 года достаточно точно передаёт главную сюжетную линию этого Гран-При, сложившуюся в конце 40-х начале 50-х годов прошлого века: противостояние итальянской (красной) и французской (синей) техники. Вызывает вопрос только нумерация болидов. Она, конечно, условная, но нечётный номер на синем автомобиле… В те годы участникам Гран-При По раздавались только чётные стартовые номера. Какая-то историческая загадка с этим постером… Или слабое знание темы авторами постеров тех лет.

Отчётная гонка по факту стала противостоянием между итальянской и французской техникой. Честь итальянского автоспорта защищал «второй эшелон», т.е. техника марок «Феррари» и «Мазерати» (будущий же гегемон сезона в лице «Альфа-Ромео» предпочёл дебютировать на арене «Больших призов» Ф1 несколько позже). Франция была представлена в По техникой марок «Тальбо-Лаго» и «Симка-Гордини». «Тальбо-Лаго» выставила четыре машины, остальные команды – по три.

Четверо из участников гонки в По стали впоследствии участниками упомянутой выше эпохальной гонки в Сильверстоуне: Хуан-Мануэль Фанхио, Луи Широн (оба в отчётной гонке выступали на «Мазерати»), Луи Розье, Филипп Этанселин (оба – «Тальбо-Лаго»). Ещё шестеро регулярно отмечались стартами в чемпионате мира 1950 года, начиная со второго этапа: Альберто Аскари, Луиджи Виллорези, Раймонд Соммер (все трое защищали честь «Феррари»), Хосе-Фройлян Гонзалес («Мазерати»), Робер Манзон и Морис Тринтиньян (оба – «Симка-Гордини»).

Хуан-Мануэль Фанхио прибыл в По с горячим желанием поквитаться с командой «Феррари» за гонку трёхнедельной давности в Марселе (в классе Ф2), где Луиджи Виллорези и Альберто Аскари, действуя на трассе скоординировано, заблокировали более быстрого аргентинца за собой и принесли заводской команде «Феррари» победный дубль. Фанхио в той гонке тоже выступал на «Феррари», но в составе частной команды.

Удалось бы Фанхио вернуть должок «Феррари», если бы Виллорези и Аскари продолжили в По синхронные выступления против Маэстро, это вопрос риторический. Альберто Аскари оказался, по сути, вне игры ещё до начала турнира. Руководство «Феррари» поручило ему управлять в отчётном Гран-При экспериментальной моделью собранной на колёсной базе техники Ф2 с применением отдельных узлов и агрегатов (в первую очередь, двигателя) от техники Ф1. Увы, гибрид получился не быстрым и ненадёжным. По итогам тренировочных заездов (квалификационные заезды в современной терминологии) Аскари стал худшим из гонщиков «Феррари», предпоследним среди всех гонщиков на итальянской технике, и даже (о, ужас, о, провал, о невыносимая боль) уступил Луису Розье, выступающему и вовсе на французской технике. А в гонке Альберто продержался лишь десять кругов из запланированных ста десяти, после чего гибрид сломался.

Ну а Хуан-Мануэль тем временем получил по итогам тренировок право стартовать с поула. Компанию на первом ряду стартового поля ему составили гонщики «Феррари» Луиджи Виллорези и Раймонд Соммер.

Ф1 По и Ричмонд 1950-02

Хуан-Мануэль Фанхио (слева на кадре) около своей «Мазерати» (стартовый номер «10»). Справа на кадре Хосе-Фройлян Гонзалес, партнёр Фанхио по команде.

Прежде чем приступить к описанию гонки, упомяну об одном забавном эпизоде между тренировочными заездами и гонкой. Техника «Симка-Гордини» по мнению французских экспертов и специалистов являла собой шедевр и совершенство инженерной мысли в части конструкции шасси. Но всё портил очень слабый атмосферный движок. Одним из самых опытных и авторитетных французских гонщиков являлся Морис Тринтиньян, который как раз и выступал на технике этой марки. От Мориса многого ждали по итогам тренировочных заездов, но по их ходу француз столкнулся с большим количеством тех или иных проблем и оказался на последнем ряду стартового поля. Однако, после окончания тренировок руководитель «Симка-Гордини» Амадео Гордини распространил информацию, что на машине Тринтиньяна к завтрашней гонке смонтируют новейший движок с компрессором, гораздо более мощный, чем имеющийся в настоящий момент атмосферный, и что Морис будет поэтому весьма конкурентоспособен. Если целью этой болтовни был подогрев интереса к команде, то план сработал на все сто. Есть мнение, что рекордное на тот момент для По число зрителей, пришедших посмотреть на гонку, было привлечено, помимо всего прочего, и жаждой увидеть «Симку-Гордини» Тринтиньяна с новым движком. Увы, когда пришло время, Морис занял своё место на стартовом поле в том же автомобиле, включая двигатель, на котором ездил в тренировках. И никакой особой роли в гонке не сыграл.

Ф1 По и Ричмонд 1950-03

Кадр с 32 круга Гран-При По. Морис Тринтиньян («Симка-Гордини», стартовый номер «20») следует по трассе где-то в конце первого десятка текущего протокола гонки, а за его спиной потерял управление и сейчас прекратит гонку из-за аварии (при этом не пострадает) партнёр по команде Андрэ Симон (стартовый номер «24»). Зрители на трибунах на заднем плане ожидали увидеть что-то другое. Например, Мориса, доблестно сражающегося за победу в гонке благодаря чудесному компрессорному двигателю, о котором так много говорили после окончания тренировочных заездов.

Теперь о самой гонке. Старт Хуан-Мануэль «проспал» и выпустил вперёд обоих соседей по первому ряду. Никакой слаженности действий в этот раз среди гонщиков «Феррари» не было. Поначалу Виллорези держал темп и возглавлял гонку. На четвёртом круге уже Соммер взвинтил темп и принялся атаковать партнёра по команде. После недолгой, но острой дуэли гонщики «Феррари» поменялись местами, после чего Соммер уехал в отрыв, а Виллорези попал под атаки Фанхио и вскоре утратил вторую позицию в гонке.

Далее аргентинский Маэстро события сильно не форсировал, но и не затягивал, за пару кругов настиг Соммера и приступил к планомерным атакам. Раймонд был опытным гонщиком и поначалу все атаки Хуана-Мануэля отбивал. Но как потом вспоминал аргентинец, первые его атаки были лишь изучением действий соперника. А когда к 15-му кругу Хуан-Мануэль изучение завершил и выводы сделал, то провёл затяжную и успешную атаку. С этого момента судьба гонки оказалась решена. 

Ф1 По и Ричмонд 1950-04

На этом кадре Хуан-Мануэль Фанхио уже возглавляет гонку, но ещё не успел оторваться от следующего позади Раймонда Соммера.

Фанхио взвинтил темп, оторвался от Соммера более чем на полминуты, а потом перевёл технику в более щадящий режим эксплуатации, контролируя сложившийся отрыв. Этот отрыв очень помог Хуану-Мануэлю на середине дистанции, когда пришло время совершить единственный плановый пит-стоп. К этому времени преследователем (если это слово вообще подходит к данной ситуации) аргентинца был уже Луиджи Виллорези. У Соммера возникли проблемы со сцеплением и он, хоть и не без упорного сопротивления, уступил (вернул) партнёру по команде вторую позицию. В «Мазерати» провозились с автомобилем Фанхио целых 55 секунд, в то время как в «Феррари» обслужили Виллорези за 33 секунды, что для того времени было отличным результатом. Понятно, что Хуан-Мануэль остался лидером гонки, но в «Феррари» воспряли духом, считая, что у Луиджи появился шанс вернуться в борьбу за победу. Куда там. Аргентинец снова включил форсаж. В какой-то момент он нарастил отрыв почти до 40 секунд, но к концу гонки сбавил темп и выиграл у «Феррари» всего полминуты. Соммер же вследствие прогрессирующих проблем со сцеплением не удержал и третье место, уступив его Луи Розье («Тальбо-Лаго»). Примечательно, что Розье вовсе не порадовался неожиданно высокому третьему месту по итогам гонки. Критически оценивая возможности своей техники, Луи прекрасно понимал, что любая его финишная позиция будет лишь производной от числа технических проблем, постигших тех или иных гонщиков на «Феррари» или «Мазерати». Поэтому перед гонкой Розье поставил перед собой цель оказаться на финише не на каком-то конкретном месте, а в пределах одной минуты от победителя. И вроде бы не уложился Луи в назначенный самому себе лимит всего на две секунды. Но причиной такого маленького дефицита по отношению к утешительному времени отставания были не скоростные характеристики французской техники, а сильная задержка Фанхио на пит-стопе и то, что аргентинец не менее двух раз за гонку серьёзно сбрасывал темп. А до проведения пит-стопов, т.е. примерно на середине дистанции, Розье проигрывал Фанхио более полутора минут. Так что никаких поводов для радости или гордости Луи в своём итоговом результате не усмотрел.

Остальные будущие участники чемпионата мира Ф1 1950 года отметились по итогам отчётного Гран-При на 5-м и 7-м местах (Робер Манзон и Морис Тринтиньян, соответственно), а также не закончили гонку (Луи Широн, Филипп Этанселин, Хосе-Фройлян Гонзалес, Альберто Аскари).


2. «Ричмонд Трофи» (Richmond Trophy)

10 апреля 1950 года на трассе в Гудвуде состоялись несколько автомобильных заездов в рамках празднования пасхального понедельника. Одной из гонок, не первой и не последней за день, был заезд техники Ф1, который получил название «Ричмонд Трофи». Это был совсем небольшой заезд на 11 кругов (дистанция чуть больше 42 километров). Его участниками вполне могли бы быть только британские гонщики, хоть и не только на британской технике. Но для участия в пасхальном празднике прибыла также одна частная команда с континента («Энрике Плэйт», использующая клиентскую технику «Мазерати»), гонщики которой, голландец Эммануэль де Граффинрид и таиландский принц Бира, придали скромному заезду международный статус. Оба приезжих гонщика по умолчанию считались главными претендентами на победу, а из всех причастных британцев конкуренцию им готовились создать Рег Парнелл и Дэвид Хэмпшир, ибо выступали в составе британской частной команды, тоже использующей клиентскую технику «Мазерати». Гости с континента перед заездом Ф1 приняли участие в главном (с точки зрения публики) событии дня: гонке по свободной формуле и, подтверждая статус фаворитов, сделали там победный дубль (де Граффинрид – первый, Бира – второй). Учитывая жёсткий временной трафик, отводивший на всю программу Ф1 не более одного часа, стартовая решётка в этом заезде формировалась по жребию, а короткая практика служила только для ознакомления гонщиков с трассой. Тем не менее, практика убавила конкурентов приезжей команде. Парнелл под занавес тренировки разбил свою машину и в отсутствие времени для ремонта забрал себе машину Хэмпшира. К гонщикам «Энрике Плэйт» жребий оказался строг: 9-е (Бира) и последнее 13-е (де Граффинрид) места на стартовой решётке. Правда в гонку ушли только десять участников (помимо отдавшего свою машину Хэмпшира, ещё у двоих британцев техника отказала по ходу тренировки), но на стартовых позициях остальных гонщиков это никак не отразилось, просто три места на стартовой решётке пустовали в момент начала заезда. Тем не менее, Бира и де Граффинрид сразу взяли местных гонщиков в оборот и к первому повороту уже на пару возглавляли пелетон, уйдя затем в отрыв (таиландец при этом уверенно опережал голландца). Рег Парнелл стоял на первом ряду, но старт проспал и, в конце концов, обосновался лишь на третьем месте. Казалось, приезжие герои снова покажут местным, где раки зимуют. Но… Судьбу гонки решил правильный выбор гоночной амуниции. Из десяти стартовавших гонщиков девять использовали гоночные очки, плотно прилегающие к лицу и защищающие только глаза и небольшой участок вокруг глаз. А вот Парнелл оказался единственным, кто использовал в гонке прозрачный защитный козырёк на шлеме. Перед началом заезда такой козырёк опускался перед лицом гонщика наподобие забрала, но к лицу нигде не прилегал, обеспечивая при этом не хуже очков защиту от набегающего потока воздуха, а также от пыли, брызг эксплуатационных жидкостей и прочего. Всё дело в том, что практически одновременно с началом заезда техники Ф1 над гудвудской трассой пошёл дождь. И продолжал усиливаться по ходу состязания. Гоночные очки при этом рано или поздно, но начали у всех запотевать изнутри, ограничивая гонщикам видимость. А Парнелл оказался лишён такого неудобства. Хуже всех пришлось захватившему лидерство Бира. Близорукий высокородный аристократ не осмеливался принимать участие в гонках без повседневных очков, которые вполне себе умещались под гоночными очками. Но двойное запотевание и гоночных очков и очков с диоптриями заставило Бира ещё до исхода половины заезда (после четырёх кругов) прекратить участие в соревновании. Казалось бы, уверенное лидерство со старта на дистанции всего то в 42 километра… Но… Уже после выхода таиландского аристократа из гонки Рег Парнелл без труда обошёл Эммануэля де Граффинрида, также испытывавшего затруднения от запотевания очков, и умудрился выиграть короткий заезд с преимуществом в 46 секунд перед голландцем. 

Ф1 По и Ричмонд 1950-05

Ключевой момент «Ричмонд Трофи» (и единственный кадр, достоверно относящийся к этой гонке, который я смог отыскать). Рег Парнелл («Мазерати», стартовый номер «22») только что обошёл Эммануэля де Граффинрида («Мазерати», стартовый номер «20») и возглавил заезд. Отлично видно различие головных уборов двух гонщиков. Именно такие шлемы, как у Парнелла на этом кадре, были оснащены козырьком-забралом, позволяющим не использовать более привычные в то время защитные гоночные очки.

Весь заезд уложился примерно в 22 минуты. Только пять гонщиков смогли преодолеть всю дистанцию гонки, а остальные за один-два круга до финиша также вернулись в боксы из-за ограничения видимости вследствие запотевания очков. Третье и четвёртое место заняли гонщики, выступавшие на технике «ERA», Брайан Шэйви-Тейлор и Кат Харрисон.

Вся первая четвёрка гонщиков по итогам отчётного заезда чуть более чем через месяц примет участие в эпохальном Гран-При Европы (Великобритании) 1950 года. Кроме них, из прочих участников «Ричмонд Трофи» выйдет на старт в Сильверстоуне принц Бира. Также выйдет на старт Гран-При Великобритании Питер Волкер, чья «ERA» сломалась по ходу тренировочных заездов перед «Ричмонд Трофи», что не позволило гонщику принять участие в самом заезде. На более поздних этапах примет участие в чемпионате мира 1950 года Питер Уайтхед, обладатель единственной заявленной на «Ричмонд Трофи» «Феррари», также сломавшейся по ходу тренировочных заездов и не попавшей из-за этого на стартовое поле.


Автор материала: ROMAN grosjean (апрель 2020 года).


* Отредактировано автором 10.4.2020 в 05:45
4 Отзыва